Детские страхи – это серьезно

Детские страхи – это серьезно

«Если ты зол на весь мир, значит тебя обидели в детстве!» — чаще всего мы слышим именно такое объяснение агрессивному поведению человека. Что такое детские страхи и обиды? Откладывают ли они отпечаток на всю дальнейшую жизнь? Ответы на эти и другие вопросы дает известный психолог, генеральный директор Медицинского центра «БРАНТ» Марина Таргакова

— Что такое детство в жизни человека с точки зрения психологии?

— Начну с аллегории, для того, чтобы мы съели яблоко мы не можем просто взять его из ниоткуда. Сперва мы должны посадить семя в землю, оно должно дать ростки, появится дерево, цветочки, листки, а только потом плоды.  Точно также человек проходит свои уроки жизни, и детство – один из важных уроков, которые проходит человек. То есть детство это не незрелый период, в котором важно воспитывать, особенно переправляя, а детство – это каждодневные, ежеминутные, ежесекундные уроки, которые мы впитываем и потом делаем выводы о всей жизни. Именно в детстве человек пишет сценарий своей жизни, и большинство моих коллег сходится на мысли, что большую часть этого сценария ребенок пишет до пяти лет.

— Сегодня признаком крутизны считается правило цитировать Зигмунда Фрейда в том, что детские обиды формируют взрослые комплексы. Насколько это верно, и корректно ли всегда ссылаться на эту теорию?

— Фрейд сделал большой вклад в психологию, как позитивный, так и негативный. Но что касается того, что детство один из драматичных переживаний в жизни человека – в этом он, безусловно, прав. В детстве все серьезно: страхи, переживания, слезы… Хотя нам, взрослым, кажется, что все это со взрослением пройдет. Порой убеждения, которые мы формируем в детстве, оказывают свое воздействие на протяжении всей  жизни.

— Например?

— Представьте себе такую ситуацию: девочка тянется за красивой вазой, стоящей высоко на серванте и когда дотягивается, то ваза падает и разбивается. Нетрудно себе представить реакцию мамы. Но девочка могла лезть за вазой с совершенно разными намерениями. Один вариант: надо же какая красивая интересная ваза, дай-ка я ее потрогаю – исследовательский интерес. Если ее сильно наказали, девочка сделает вывод, что исследования небезопасны. И будучи взрослой она будет уверена, что любое исследование наказуемо. Второй вариант: девочка хотела помочь маме вытереть пыль с вазы. Получив наказание, он делает вывод, что помогать небезопасно, лучше не вмешиваться и не высовываться. Проще говоря, этот сценарий называется: «Моя хата с краю!». А много лет спустя мама будет спрашивать дочку: «Почему ты мне не помогаешь». Хотя сама девочка даже и не подозревает о том, что такой стиль поведения выработался всего-навсего от наказания за разбитую вазу. Я, конечно, утрирую, от одного раза мало, что измениться, но если раз за разом ребенок получает негативный опыт за свое исследование – его убеждение будет очень прочным. Когда у человека возникает даже отдалено похожая на этот момент ситуация ум сразу включает красную лампочку «опасно». И человек интуитивно начинает экстраполировать на других свои страхи. Так например, может сорваться какая-нибудь сделка из-за того, что деловой партнер или его замашки слишком походит на мою маму. Хотя на вопрос «почему?» человеку нечего ответить, так как ответ на этот вопрос хранится глубоко в подсознании.

— Бывали ли в вашей практики случаи, когда из-за детских обид ломалась жизнь или возникали серьезнейшие проблемы?

— Все обиды относятся к детскому периоду, так как во взрослом состоянии разум работает в полную силу и ты способен отдавать себе отчет во всем происходящем. Можно привести много примеров. Я была свидетелем многих случаев. Растет мальчик в разведенной семье и мать ему все время в негативном оттенке говорит: «Ты копия своего отца!». Ребенок всеми силами хочет доказать обратное. Будучи уже зрелым человеком он приходит ко мне на прием по случаю развода с женой, которую он, ко всему прочему, еще и побил, переругался с дочерью и сыном и очень сильно переживает по этому поводу. И он не может сделать первый шаг навстречу. Фактически разваливается бизнес, разваливается семья и он просит меня помочь. «Я не хочу жить» – было его лейтмотивом в беседе. Я начинаю разматывать клубок его переживаний и вижу перед собой маленького ребенка, у которого перед глазами нет никакого примера в плане того, как быть отцом, как быть мужчиной. Мало того, он с ужасом понимает, что поступает точно также, как и его отец когда-то, на которого он очень не хотел быть похож. Тот тоже в свое время бил мать, бросил детей и это очень сильно врезалось в его детскую память. Психогенетика гласит, что мы наследуем не только внешние признаки  своих родителей, но и привычки, модели поведения… Фактически же мужчина, которому за 40 ведет себя также, как и испуганный ребенок, неосознанно копируя папу.

— Можно ли искоренить последствия детских обид и страхов? Или даже на самом мелком уровне они все равно остаются с нами?

— Не только можно, но  и нужно! Человеку очень важно в течение всей жизни обучаться. Замечательный  психолог Николай Козлов как-то сказал: «Взрослые – это те же дети, только запретившие себя воспитывать». Человек приходит в жизнь для того, чтобы в первую очередь познать себя. Построить дом, вырастить сына и посадить дерево – это далеко не все. Человеку важно знать кто он, и почему он поступает именно так или иначе. Бывает ли такое в моей жизни, что я проживаю «День Сурка», повторяя свой сценарий каждый день, попадая в стандартные ситуации, наступая на одни и те же грабли? Если «да», если моя жизнь полна дисгармонии, то очень важно заняться наукой самопознания, посмотреть на себя со стороны, изучить себя,  размежеваться со своими детскими обидами и страхами, избавиться от неэкологичных убеждений. При этом человек становится зрелой личностью, которая способна жить полноценно в настоящем, черпая ресурсы внутри своего сердца. Неважно 40, 15 или 80 ему лет. Он просто зрелый на данный момент времени, а потому счастливый.

— Каковы основные проявления детских комлексов?

— Во-первых, такие люди часто обижаются. Во-вторых, они не выносят чужую точку зрения, когда они слышат то, с чем они не согласны, они либо уходят в себя, либо начинают неистово спорить, чуть ли не топоча ногами. В-третьих, у таких людей может наблюдаться так называемая неконгруэнтность, когда у человека есть несогласованность внешнего поведения с тем, что он говорит. Распространенная ситуация, когда на замечания в том, что человек боится, он начинает болезненно реагировать. В-четвертых, неспособность выказать свои чувства, например, открыто подойти и сказать человеку, как радостно его видеть. Это очень характерно для ребенка, но ни в коем случае не должно быть характерно для взрослого человека. Общая черта – выработка психологических защит в ситуациях.

— А как вырабатываются эти психологические защиты?

— В результате всевозможных травматических моментов в детстве. Например, если меня постоянно сравнивают с соседским ребенком, говоря, как он хорошо учится, танцует и рисует. Родителям кажется, что это стимулирует детей к развитию. На самом деле, примеры развития не в пользу ребенка приводят к тому, что человек вырастает ревнивым и завистливым, и всю жизнь думает о том, как обойти, победить, подсидеть. При этом удовлетворения он не получает никогда. Другой вариант. Когда ребенку грустно, мама  вдруг говорит: «Прекрати! Что ты себе позволяешь». Тогда отдельные черты характера зажимаются. Это приводит к лицемерию и «синдрому фальшивой улыбки». Еще бывает так, когда что бы ребенок ни делал, родитель говорит: «Старайся делать лучше!». Это порождает ненасытность и неудовлетворенность. Детские комплексы важно устранять всем, у кого они есть. А есть они если не у всех, то у очень многих.

 

Беседовал Константин КОЗЛОВ