Маленькие и большие чудеса происходят по всему миру каждую секунду. И этот раздел в нашем Razum box’e — специально для них.

Про дыру

Хочешь гляди, а не хочешь, так не гляди:
Я уродилась с огромной дырой в груди.
И чтоб ночами от ужаса не кричать,
Все родные решили не замечать.

Доктор, порассмотрев на стене ковры,
Через меня, сообщил мне, что нет дыры.
Мама навешала елочной мишуры.
Папа велел мне стыдиться своей хандры.

Я лила в нее кофе, несла цветы,
Чтобы как-то спасаться от пустоты.
Я вставляла туда мужчин, подруг,
Книги, идеи, работу и все вокруг.

Складывала конфеты и шоколад

Что такое служение?


Вам показать? Служить другому человеку — значит прежде всего воодушевлять его на хорошие вещи. Для этого можно разные вещи делать — накормить, одеть, но главное-то, в конечном счете, если речь идет о каком-то благе, которое мы по-настоящему можем другому человеку принести, то это одно благо — воодушевить его на что-то хорошее, побудить его сделать что-то хорошее, пробудить в нем какую-то любовь. В этом основной смысл.

Когда мы кормим, скажем, людей, мы кормим не ради кормления как такового, есть более высокая цель у этого всего. Я был в Грозном давным-давно, еще в 1995, наверное, году, когда там была война, и мы раздавали пищу людям. Ко мне одна женщина пришла и стала со слезами на глазах благодарить. И она сказала: «Вы знаете, что вы сделали? Вы меня накормили, понятно, много раз накормили, — это хорошо, но это не так важно. Я учительницей была в школе, и я видела, как от поколения к поколению, от класса к классу идет какая-то деградация. Вы приехали сюда, молодые люди, и вы мне веру в будущее вернули, веру в людей вернули, которую я, будучи учительницей, начала утрачивать, к сожалению».

Вот это служение. Это настоящее служение. Потому что мы человеку даем какой-то другой взгляд на мир, другой способ существования. Это самое большое, что мы можем дать, когда мы начинаем делать что-то бескорыстно для него, воодушевлять. Много есть людей рядом, можно улыбнуться — и это будет нашим служением. Улыбка — это тоже служение.

Вадим Тунеев

Нешто я украду, коли поверили?

Мы шли. Нас остановил мрачный оборванец и протянул руку за подаянием. Глеб Иванович полез в карман, но я задержал его руку и, вынув рублевую бумажку, сказал хитрованцу:

— Мелочи нет, ступай в лавочку, купи за пятак папирос, принеси сдачу, и я тебе дам на ночлег.

— Сейчас сбегаю! — буркнул человек, зашлепал опорками по лужам, по направлению к одной из лавок, шагах в пятидесяти от нас, и исчез в тумане.

— Смотри, сюда неси папиросы, мы здесь подождем! — крикнул я ему вслед.

— Ладно, — послышалось из тумана. Глеб Иванович стоял и хохотал.

— В чем дело? — спросил я.

Почтовая марка

В свое время в Нью-Йорке жил один мужчина, у которого была большая редкая коллекция марок. Теперь марки практически не используются, так как все пользуются электронной почтой, но я помню, как в моей молодости мы рассылали много писем и покупали марки, которые надо было приклеивать на конверты. Мой отец занимался рекламным бизнесом, и поэтому мы с сестрой сидели по три часа каждое утро и наклеивали марки на конверты для отправки.

У этого мужчины было большое собрание марок, многим из которых было по паре сотен лет. Когда он умер, его 18-летний сын унаследовал эту коллекцию. Молодой человек был достаточно деградировавшим, он употреблял наркотики, и в какой-то момент ему понадобились деньги на очередную дозу. Он отправился в ломбард, где можно было продать все что угодно и получить за это какие-то деньги.

Конечно же, в ломбардах пытаются убедить, что то, что вы принесли, ничего не стоит, чтобы как можно меньше заплатить. Молодому человеку сказали, что коллекция его отца — это просто старые марки, и предложили за них 500 долларов. Молодой человек очень обрадовался: «500 долларов за эту кучу ненужных бумажек!» Он с радостью взял свои 500 долларов, потратил их на что попало, а через неделю узнал, что хозяин ломбарда, который знал цену этим маркам, продал только лишь одну марку из коллекции, очень редкую, 1908 года выпуска, за 950 тысяч (почти миллион) долларов.

Смысл этой истории заключается в том, что у молодого человека была очень ценная вещь в руках, но он не понимал ее ценности и поэтому не смог воспользоваться ею. И точно так же, самое ценное, что у нас есть, — это человеческая форма жизни, но, если мы не понимаем ее ценности, мы просто ее теряем.

Индрадьюмна Свами

Сдвиг парадигмы

macaroons_by_nizuni-d473vlu

Это действительно произошло с реальным человеком, и этим реальным человеком был я. Дело было в апреле 1976 года в Кембридже. Я пришёл на железнодорожную станцию, так как должен был ехать куда-то поездом. До прихода поезда ещё оставалось время, поэтому я пошёл купить себе газету, чашку кофе и пачку печенья. Потом я сел за столик.

Я хочу, чтобы вы нарисовали себе сцену происходящего. Очень важно, чтобы вы чётко представили себе следующее: столик, газета, чашка кофе, пачка печенья. Напротив меня сидит человек, совершенно обыкновенный человек, в деловом костюме, с портфелем. Не похоже, что он собирается сделать что-то из ряда вон выходящее.

А делает он вот что: он вдруг подаётся вперёд, берёт пачку печенья, распечатывает её, вытаскивает одно печенье и съедает его.

Самое интересное — впереди

Два примера гуманной педагогики от Шалвы Амонашвили

1. Письма из комнаты в комнату.

Моя дочка была очень своенравной, не хотела принимать ничьих наставлений. Однажды мы заказали ей для какого-то праздника платье, нужно было что-то ушить после примерки, и дочка решила, несмотря на позднее время, срочно пойти к портнихе. Мать уговаривала отложить визит на следующий день, но дочь не слушала. Я не стал вмешиваться, потому что в состоянии аффекта ребенок ничего не слышит, и будет настаивать на своем.

Поэтому я начал в соседней комнате писать ей письмо, объяснив, что сейчас у нее такой возраст, когда настроение меняется, как погода весной. И что в то же время нужно понять и мать, которая будет беспокоиться за нее. Все это было написано не с позиции «сверху-вниз», а на равных, по-дружески. Я подложил это письмо дочери в комнату, и когда она его нашла под подушкой и прочитала, то первый вопрос был такой: «Папа, а почему ты это написал, а не сказал?» Я ответил: «Потому что ты бы меня все равно не услышала. Ты не против, если я и впредь буду иногда писать тебе письма?»

С тех пор письма из комнаты в комнату стали для нас традицией. И когда однажды после очередной ситуации дочь вдруг не получила письма (я сделал это нарочно), она сама подошла и спросила: «А где же письмо?» Потом дочь повзрослела, и надобность в письмах отпала сама собой. Пишите письма из комнаты в комнату, от сердца к сердцу!

2. Настоящий мужской разговор

Сага о слоне Кешаве

Огромная, почти четырехметровая статуя слона Кешавы возвышается недалеко от самого древнего храма Кералы (Индия) — Гурувайюр-апана, а его гигантские бивни украшают главный вход в этот храм. Каждый год в день ухода Кешавы тысячи паломников собираются, чтобы почтить его память. В этот день по традиции предводитель стада слонов торжественно водружает на статую Кешавы огромную гирлянду и потом вместе со всеми остальными слонами преклоняет колени перед своим великим родичем.

В этом храме уже многие века поклоняются Кришне в Его четырехрукой форме. Местные жители утверждают, что любое искреннее подношение Ему не остается безответным. Паломники тысячами стекаются в это святое место, чтобы вымолить исполнение своих желаний. Чаще всего Его просят избавить от хворей и немощи, и Он охотно делает это.

Однажды храм посетил правитель города Ниламбура, Махараджа Валия. Он пообещал подарить Кришне одного из своих слонов, если Тот вернет ему потерянные во время мятежа богатства. Богатства вернулись, и статный десятилетний слон из стада Махараджи перешел в стадо Бога. Слона нарекли Гурувайюр Кешава и стали дрессировать, чтобы подготовить к служению. Во владении храма в Гурувайюре всегда находится как минимум 40-50 слонов. Несколько раз в день мурти (статуя) Кришны обходит Свои владения, покачиваясь на спине храмового слона. Играет музыка, гудят раковины, брахманы читают мантры. Путь Божества вокруг храмового комплекса освещают десять тысяч лампад. Медленно и грациозно движутся преисполненные чувства собственного достоинства слоны. Эти слоновые процессии славятся по всей Индии, и люди приходят в Гурувайюр специально, чтобы увидеть их и снова ощутить в своем сердце детский восторг сопричастности к духовному бытию.

Кешаве суждено было стать одним из таких храмовых слонов

Визит Бога

Жил в одном селении сапожник. Жил он праведно, имел веру сильную. И вот перед одним из великих церковных праздников сапожник занемог. Опечалился он, что не сможет попасть в храм, как вдруг, прямо накануне праздника, приснилось ему, как Господь совсем тихо и кротко говорит: «Раз ты не сможешь прийти ко Мне, Я приду к тебе в этот день».

Проснулся сапожник и обрадовался: «Неужто Сам Господь ко мне пожалует?» — думал он.

Всё утро он наводил порядок и чистоту у себя дома, готовил праздничные угощения и как мог, так и готовился к приходу желанного Гостя.

И вот, во время подготовки он увидел за окном рыдающего мальчика. Подозвав его к себе, сапожник спросил:

— Почему ты плачешь?

— У меня сегодня порвались ботинки, и мне не в чем ходить. А живём мы в семье бедно, новые купить не сможем…

Тогда сапожник успокоил мальчика:

— Давай мне ботинки, я починю тебе их.

Через некоторое время мальчик, весь сияющий от счастья, стоял в починенных ботинках. Проводив его, сапожник продолжил приготовления.

Наступил вечер

Настоящий подарок

Как сделать радость, которую мы доставляем ребёнку через подарок, мудрой и прекрасной?

1. Радость, которую мы хотим вызвать в Ребёнке через подарок, должна быть редкостью.

2. Дарим Ребёнку то, о чём он мечтает, или же опережаем ожидания, — дарим то, о чём он мог бы мечтать в скором будущем.

3. Дарим без всяких условностей, что он в долгу перед нами.

4. Что бы ни случилось в будущем и как бы он ни огорчил нас, никогда не упрекаем нашим подарком.

5. Ситуация, в которой дарим подарок, должна дать Ребёнку понять, что мы очень его любим, заботимся о его радостях и чем-то жертвуем ради этого.

Ещё пять секретов

Два лица

У человека было два лица.
Одно лицо — великого героя.
Глупца, лжеца, скупца и подлеца
Напоминало скрытое второе.

И было не понятно до конца,
Какое же из них ему роднее,
Одно лицо — святого мудреца,
Или второе — то, что поглупее.

Каким лицом он дорожит внутри?