Марина Таргакова. Психология обиды. Часть 2

bigstock-Child-abuse-24665465

Начало

Среди нас есть люди, которые в силу своей профессии такие «балагуры», похожие на Михаила Жванецкого. Если вы спросите их близких, какие они в быту, то, как правило, они очень склонны к депрессиям. Но как только они видят зрителя, как только видят взгляд со стороны, начинают что-то изображать.

Этот взгляд они помнят с детства, это взгляд их мамы или папы. И поэтому теперь любой взгляд, адресованный вам, это повод для проявления артистических способностей. Для окружающих такой человек очень привлекателен, душа компании. Его везде приглашают, с ним весело. Но еще одна проблема — кто бы развеселил его, потому что у него состояние на самом деле не радужное, даже когда он улыбается.

У меня была одна девушка на дыхательной терапии. Терапия глубоким дыханием используется с целью очищения подсознания. Вы дышите глубоко, сосредотачиваетесь на дыхании, не контролируете ситуацию, звучит специальная музыка. Девушка рыдала во время терапии, но параллельно со слезами у нее было широко растянутое в улыбке лицо. Это была гримаса смеха. Такое состояние было у человека. Окружающие никогда не поверят, что у такого весельчака могут быть проблемы.

Гнев. Если вам был запрещен гнев, очень часто на смену ему, как рэкет, приходит страх. Такие люди часто тихие, молчуны, предпочитают быть в стороне, не любят открываться и т. д. Почему? Они на самом деле боятся. Потому что при достаточно глубоком контакте они начинают чувствовать, как «что-то» изнутри поднимается. Они боятся вот этого «что-то», предпочитают отходить. Поднимается на самом деле гнев. И терапия у таких людей будет идти через проживание гнева, через отпускание гнева. У них был реальный повод гневаться, у них были все основания гневаться. И им просто запретили. А запретить человеку испытывать естественные эмоции — значит подавить их.
Человек — это такой вид жизни, который может трансформировать эмоции. Мы можем с вами трансформировать печаль в радость, обиду в чувство благодарности. Очень много возможностей дает человеческая форма жизни, но только на уровне разума. Если же эмоции просто подавлены, то человек со стороны выглядит как контролирующий свои эмоции, но на самом деле он их просто боится. Он их боится проявлять, проживать. Страх, что я сейчас впаду в какую-то неконтролируемую ситуацию, приводит к тому, что мы просто избегаем этих чувств. Вот это опять-таки «рэкетная» эмоция.

Радость. Поговорим о радости. Во многих семьях эта эмоция запрещена, особенно на Руси. «Смех без причины — признак дурачины». «Много будешь смеяться, много будешь плакать». У нас есть лозунги, которые просто как сценарий передаются из поколения в поколение. Можно видеть такое семейное клише печали на лице. Мама такая, бабушка такая и дочь такая. Это как Пьеро.

Приведу пример из практики. Как-то ко мне на консультацию пришла женщина. Ее очень беспокоило, что дети не хотят общаться с ней и стараются сбежать из дома. Когда она зашла, было такое ощущение, что «вкатилась слеза». Возможно, у детей видимо другой сценарий, они не хотят печалиться? Сейчас дети очень грамотные. Когда родители дают советы, дети часто советуют родителям самим воспользоваться ими. Их не вдохновляют ни грустный вид родителей, ни их «успех» в жизни. «Какое ты имеешь право мне говорить, как быть счастливым? Я же вижу, что ты несчастна», — говорит дочь матери. Действительно, как мы можем осчастливить других людей, если ходим все время с грустными лицами.

Страх очень часто был запрещен в детстве, особенно мужчинам. «Мальчики никогда не плачут». На самом деле, мальчики тоже боятся. Но вопреки всем его чувствам, он должен быть бесстрашным роботом. Жены ожидают от мужей только правильных решений, но иногда мужчине страшно, он тоже может плакать. Это нормально. Если мужчина не доверяет себе эти чувства, он запрещает вам их испытывать. Мужчина, который не чувствовал своих слез, когда вы будете плакать он будет впадать в ступор, он будет делать вид, что он не видит. И ему будет легче уйти из дома, потому что у него в сердце будет происходить что-то непонятное, и ему станет страшно.

В таком случае, когда определенные эмоции не реализованы естественно, отношения в браке становятся проблематичными. Человек не знает, что он чувствует, что он испытывает.

Итак, вот это основные эмоции и они на самом деле важные. И мы говорили о том, что человек всегда что-то чувствует. И каждому из нас нужно понимать, что я чувствую в данный момент времени. Потому что очень часто на вопрос: «Что ты чувствуешь?» человек говорит: «Я думаю, что я чувствую страх», например, или гнев. Т. е. у него контакт с умом налажен, с ментальной функцией ума, а контакт с эмоциональной функцией ума совершенно не налажен. Сначала он подумает, потом он почувствует.

Иному человеку легче что-то сделать, чем почувствовать. В этом случае начинают спрашивать, что делать? «Я почувствовала, что мне это запрещено, что мне делать?» «Вам нужно научиться чувствовать, не делать», — замечу я. Делать ничего не нужно. Мы уже наделали столько всего, можно бы расслабиться. Нам нужно научиться внутренней жизни, потому что внешней жизни мы уже обучились. Мы понаделали много нужного и ненужного, теперь нам нужно соприкоснуться с самим собой, соприкоснуться со своим внутренним миром и почувствовать, действительно, а что я сейчас чувствую. Иногда одним словом это описать сложно. Потому что наши чувства глубже, шире.

Мы можем просто сказать — гнев. Но, если попросить пять гневливых людей, которые в данную минуту находятся в состоянии гнева, описать свой гнев, то получится ровно пять версий. Один скажет: «У меня такое чувство, что я весь сейчас наполняюсь как раскаленный шар. У меня такое чувство, что весь этот шар сейчас взорвется и оттуда польется лава». Другой скажет: «У меня такое чувство, как будто меня сжало изнутри, я становлюсь сжатым комком. И этот комок становится все тверже, тверже, тверже». Оказывается, гнев может быть разным. А третий скажет: «У меня стучит все внутри, такое чувство, что волны перекатываются».

Нам необходимо изучать и понимать такие моменты. Например, человек принял какое-то решение, он вам сказал какие-то слова. С вашей точки зрения, эти слова обидные. Мало того, он интонацией обидной сказал. И вы обиделись на него, и можете носить это чувство обиды неизвестно сколько времени. Но если перед этим он вам сказал: «Ты знаешь, я внутри сейчас весь сжался. На самом деле я сейчас вот такой маленький и железный. И мне так некомфортно внутри себя. Мне совсем нечем дышать». Он обозначил свои чувства. Обидят ли вас в этом случае его слова или интонация?

Мы не умеем обозначать себя, мало того, мы не интересуемся другими. Ни собой, ни другими. Какая у нас жизнь — непонятно. Как мы соприкасаемся друг с другом — совершенно непонятно. Нам предстоит научиться соприкоснуться с собой.

Научитесь вести дневник. Когда у вас эмоциональное состояние, опишите это состояние, свои чувства, начиная со слов «как будто…» Вам будет более понятно. И потом вы когда-нибудь с кем-нибудь поделитесь. «Ты представляешь, иногда на меня накатывает страх, иногда у меня бывают такие состояния». Вы можете обнаружить, что периодически люди испытывают одно и тоже состояние. Тогда придет понимание, что претензия не к людям. Причина не в них, это ваше состояние, которое периодически накатывает. Причина, как правило, была в детском состоянии.

Представьте себе, вот у меня здесь сидит маленький ребенок, маленькая девочка. Она гораздо меньше меня ростом. Я к ней подхожу и разговариваю с ней с высоты своего роста. Для человека моего роста и для маленького ребенка это будет совершенно другое звучание. Это будет более интенсивно, это будет сверху, это уже давление. Теперь я беру ее за руку: «Быстро вставай, пошли». Представьте себе на секундочку, у вас рост 170 см, а к вам подходит человек ростом 5 м 10 см и начинает с вами разговаривать сверху и тянуть вас за руку. А если этот гигант разгневается, у него становятся огромные глаза, из них молнии летят, ноздри раздуваются. У 5-метрового нос-то огромный. Это страшно. Если еще и большой живот, то с такого роста — это вообще нависло что-то несусветное. Так видит разгневанных взрослых маленький ребенок, и все это записывается в его детских впечатлениях. Это касается любых эмоций взрослых. Для ребенка очень важно именно эмоциональная составляющая отношений. Нужно взять за правило разговаривать с ребенком на одном уровне. Т. е., присесть перед ним, «глаза в глаза». Возникнет совершенно другое чувство.

Ждите продолжения!

Источник — http://www.psiholog3000.ru/poznavatelnye-materialy/samopoznanie/marina-targakova-psihologiya-obidy.